Луис никогда не думал, что однажды придётся ехать за тысячи километров, чтобы найти свою дочь. Всё началось с одного телефонного звонка: она уехала на фестиваль в Марокко, обещала вернуться через неделю, а потом просто пропала. Ни сообщений, ни звонков, ни следов. Только тишина.
Вместе с шестнадцатилетним сыном они прилетели в Марракеш. Город встретил их шумом, пылью и запахом специй, но внутри Луиса всё сжималось от тревоги. Они объезжали один за другим места, где могли видеть Эмили. Клубы, хостелы, стоянки фургонов у пляжей. Люди пожимали плечами, кто-то сочувствовал, кто-то отводил взгляд. Никто ничего толком не знал.
Потом им рассказали о последнем большом рейве. Его называют Сират - почти легенда среди тех, кто гоняется за самыми дальними вечеринками. Говорят, он проходит где-то на границе с Мавританией, там, где уже почти нет дорог, а песок сменяется каменными плато. Организаторы не афишируют точное место, его находят только те, кому действительно нужно туда попасть. Луис понял: если дочь жива, то она, скорее всего, именно там.
Они взяли старый внедорожник и поехали на юг. Пейзаж вокруг становился всё более суровым. Сначала ещё попадались маленькие деревни с глиняными домами, потом - только редкие колодцы и выжженная солнцем земля. Днём жара стояла такая, что дышать было тяжело. Ночью холод пробирал до костей. Сын молчал больше обычного, но когда отец начинал сомневаться, тихо говорил: «Мы найдём её». И они ехали дальше.
Пустыня оказалась не просто местом на карте. Она словно смотрела на них. Ветер рисовал узоры на песке, тени скал казались живыми, а небо иногда становилось такого глубокого цвета, что хотелось остановиться и просто смотреть. Луис ловил себя на мысли, что боится уже не только за дочь, но и за то, кем они сами станут к концу этой дороги. Страх, надежда, вина, усталость - всё смешивалось внутри, как краски на палитре.
Иногда им попадались другие люди, которые тоже искали этот рейв. Кто-то ехал за музыкой, кто-то - за забвением, кто-то - за ответами, как и они. Разговоры у костра были короткими. Никто не спрашивал лишнего. Но в этих взглядах Луис читал то же, что чувствовал сам: тонкая грань между тем, чтобы найти смысл, и тем, чтобы окончательно потеряться.
Где-то впереди, за очередным хребтом, должен был начаться Сират. Музыка, огонь, сотни людей под звёздами. Или тишина, если они опоздали. Луис не знал, что ждёт их там. Но он знал одно: назад пути уже нет. Они с сыном идут до конца, сколько бы километров пустыни ни лежало впереди. Потому что иногда найти человека - значит найти самого себя.
Читать далее...
Всего отзывов
7